Дневник. Поздние записи [СИ] - Страница 98


К оглавлению

98

И я решила, что не имена и не статусы нас определяют, а то, какими мы видим себя сами.

А значит, меня зовут Карина Викторовна Граданская. Пани. Но дочь я чудесного человека, Алексея Орлова, хотя паспорт и врет об этом. Моя мать была странной, а родня вообще шизанутая на всю голову. Но я не стану извиняться за то, кто я есть, кем себя считаю или как живу. И это сложно принять, но я поступила единственно верно! Да, уехала, оставив все прошлое позади, солгав любимому человеку, бросив его, причинив невероятную боль. Но, возможно, я спасла намного большее. И я отказывалась за это извиняться!

Глава 18

Ручка лихорадочно скользит по форзацу одной из тетрадей:

«Я каждый день с ужасом смотрю на исписанные листы… Они словно кровью политы. Мне больно не только говорить правду, мне даже записывать ее больно. Словно по частичке себя отрываю, так глубоко я ее запрятала. Если эти глупые тетрадки попадут не в те руки, я потоплю стольких людей… Кстати сказать, дорогих мне людей.

Или, может быть, я все выдумала? Может быть, никогда этого ничего не было? Вдруг и меня тоже нет? А вдруг я выдумала и его…»

— Карина? — раздается над ухом знакомый голос. — Такси под дверью. Скорее, мы опоздаем на рейс до Петербурга. — Симпатичный молодой парень наклоняется ближе. — Ты снова пишешь? Я думал, что ты закончила.

— Мы не опоздаем, — отвечаю я спокойно. — Взгляни, какая на улице стоит погода. Рейс задержат часа на два минимум!

— Ты этого не знаешь, — качает он головой.

— Хочешь поспорим? — хмыкаю я, а он забирает у меня ручку и зачеркивает последнее предложение, а потом весело улыбается:

— Ты не выдумала. Все правда. Вы скоро увидитесь снова.

— Ты этого не знаешь. На его месте я бы от самой себя сбежала!

— Хочешь поспорим?

Даша вскинула глаза. Какое бестолковое мероприятие организовано в честь двухлетия их банка. Она подняла руку и начала считать, итак, почти два с половиной года Алекс Елисеев возглавляет проект, который поручил ему Виктор Граданский. И все это время Даша работает у него секретаршей. Он, конечно, предлагал ей повышение, но она отказалась. Уже шестое мая. Она вздрогнула и, наконец, подняла глаза на Виктора Граданского. Он стоял на трибуне перед толпой зрителей и как раз заканчивал свою речь:

— Я хотел бы поблагодарить своего лучшего управляющего банком — Александра Елисеева. Заодно воспользуюсь случаем поздравить с тем, что, наконец, достроено здание его личного банка, и вскоре он вступит в полномочия его генерального директора.

Толпа разразилась аплодисментами и одобрительными криками. Даша и сама так хлопала, что чуть блокнот не уронила. А из прессы посыпались вопросы:

— Как же так? Алекс Елисеев не останется управляющим вашего банка?

— В права владения банком в скором времени вступают мои дети, Константину отойдет контрольный пакет акций, и основная власть будет принадлежать ему. Как только проблемы с текущими делами будут решены, Алекс оставит пост управляющего.

Народ снова захлопал, но уже куда как менее уверенно. Даша и сама не понимала, что стоит за всеми этими словами.

— Поздравляем с еще одним выигранным процессом! — крикнул кто-то из толпы, разряжая неловкость.

Даша счастливо заулыбалась, Алекс еще не проиграл ни одного дела после своего буквально триумфального возвращения. Ему удалось невозможное: за какие-то два года подняться с самого низа на вершину мира. Она была секретарем легенды.

Алекс взял микрофон у Виктора и сердечно поблагодарил всех за поздравления. Рассказал, что и сам не верил в успех последнего процесса. Это было правдой, выиграть казалось нереально, но он это сделал. Совершенно немыслимым образом.

— Когда же вы уже, наконец, женитесь? — раздался выкрик из толпы. Это был настолько дежурный вопрос, что все засмеялись вынужденно. Ну надоело, ей Богу. Виктор тоже закатил глаза и отошел подальше, признавая, что сегодня не его бенефис.

А стоявшая рядом с Алексом Жанин Бенес, как всегда, от этого вопроса покраснела. Даша даже как-то забыла, что эта женщина тут. Черноволосая француженка была столь же очаровательна, сколь на фоне Алекса неприметна. Она была хороша, как куколка, одета с исконным присущим их нации шиком в черное и классическое, даже волосы ее были уложены в идеальный французский пучок, но дело в том Алекс всегда выглядел в тысячу раз лучше. Он был харизматичнее. И Жанин рядом с ним терялась, напоминала тень. Но, признаться, честно, Даша не знала женщины, равной Алексу. Если раньше он был мальчишкой, живущим в атмосфере вечного праздника, то теперь все изменилось. И теперь уже никто не называл его взбалмошным. Это был взрослый, зрелый и знающий себе цену мужчина. Он заставил мир с собой считаться, при этом, оставшись верным себе и ни от чего не отказавшись. По крайней мере Даша прекрасно знала, что пьянок и романов на стороне у него все еще было вполне достаточно!

А Жанин ничего не замечала. Или не хотела замечать. Она упорно делала вид, что Алекс ей верен, что ей не в чем упрекнуть его. И не устраивала ему скандалов. Какой же мужчина не придет в восторг от подобной перспективы? Делай что хочешь, и никаких возражений!

В этот самый момент, например, Алекс рассматривал девушку-журналистку во втором ряду. Он делал это потому что она занималась тем же все мероприятие и была бесспорно хорошенькой. На ее щеках играл румянец, губы приоткрылись. К тому же она так увлеклась игрой в гляделки, что даже ручку пару раз уронила. Алекс не знал ее имени, а если бы и знал, то не вспомнил бы. Казалось, из всего зала происходящее только одна Жанин и не заметила!

98